Нивунья
зютер салат


Я всё о своём, да.
На Белом море почти каждый вечер мы собирались в деревянном домике вчетвером за столом. В домике было два окна с одной стороны и два с противоположной, так, что он просматривался насквозь. Домик стоял на берегу моря.
Мы зажигали свечку, кто-то брал гитару и начинались песни.
В первый вечер я поняла, что совершенно не знаю, как надо петь под гитару, а главное - что надо петь. Боря и Таня по очереди пели разных бардов, мне оставалось только слушать. Некоторые песни я успела выучить, а ещё кое-какие - запомнить отрывками, чтобы потом найти в интернете, вот как эту, про поезд. Удивительно, что слова к ней написал неплохо известный мне поэт. Таня пела её так чудесно, что я не знала, смотреть ли мне на неё, или смотреть на свечное пламя, или закрыть глаза к чертям, чтобы слёзы не текли. Да, это была моя последняя песня на биостанции. И да, женское исполнение во сто крат прекраснее.
Я очень люблю смотреть, как люди играют и поют. У них совершенно особым образом меняются лица так, что на них хочется любоваться бесконечно. Хочется смотреть, запоминать эти складочки у глаз, эти тени от волос на лбу, и хочется ещё следить за руками. Впрочем, о руках отдельный разговор.

Два года назад на биостанции я услышала, тоже впервые, ещё одну песню. Её исполняла Люда, пела она зажмурившись и роскошным низким голосом. Это было так хорошо, что все наперебой просили Люду петь ещё и ещё все две биостанционные недели, пока она, наконец, в обратном поезде в Москву не призналась, что “песня про коней” уже завязла у неё в зубах. Когда-нибудь я и её здесь повешу.

@музыка: Сергей Никитин - Сон об уходящем поезде

@темы: music is life, о далеких странах и городах, саундтрек к жизни